Научные журналы
Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА)


Из истории государства и права

Статьи в номере 9 за 2017 год

Аннотация: С момента учреждения в России прокуратуры Петром I в 1722 г. прокуроры, в отличие от ранее созданной фискальной службы, были нацелены не столько на выявле- ние нарушений законов, сколько на их предупреждение. В дальнейшем прокуратура пере- живала разные времена, менялись структура прокуратуры и компетенция прокурорских работников, а также степень влияния прокуратуры на состояние законности в госу- дарстве. Тем не менее деятельность прокуратуры практически всегда была направле- на в том числе на недопущение нарушений законов. При этом слова о предупреждении (предотвращении, профилактике и т.п.) нарушений в законодательстве о прокуратуре, как правило, прямо не указывались, но предупредительная направленность ее деятель- ности вытекала из возложенных на прокуроров обязанностей, суть которых как раз и за- ключалась в обеспечении следования поднадзорными им органами и лицами требовани- ям законов. В настоящей статье со ссылками на конкретные положения нормативных правовых актов исследуются вопросы истории деятельности российской прокуратуры по предупреждению нарушений законов с момента ее учреждения до наших дней. При этом отмечается, что в последнее время данная направленность деятельности прокуратуры становится все более востребованной. Автором также предлагается нормативно за- крепить приоритетность такого подхода в Федеральном законе «О прокуратуре Россий- ской Федерации».


Автор: Гальченко А. И.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.022-035


Читать статью полностью

Аннотация: В статье поднята проблема субъективных ограничений принципа «свободы торговли», провозглашенного в Российской империи во второй половине XIX в. Хроноло- гические рамки статьи охватывают 1880-е гг., когда на смену либерализму Алексан- дра II, пришел реакционный курс Александра III, направленный на укрепление самодер- жавия и обеспечение общественной безопасности. Представленные документальные обоснования официальных лиц, формировавших государственную политику в период политической реакции и «контрреформ» Александра III, — Н. Х. Бунге, Н. П. Игнатьева, Д. А. Толстого, И. А. Вышнеградского, С. Ю. Витте — дают представления о мотивах ужесточения законодательных ограничений в отношении лиц иудейского вероиспове- дания. Автор показал, что в отличие от средневековых гонений на евреев по причинам религиозного характера, в конце XIX в. этому народу стали предъявлять претензии нравственного и, как следствие, — экономического и политического порядка. Помимо расширения законодательных ограничений в отношении лиц иудейского вероиспове- дания, ведущих торговый промысел как в черте общей еврейской оседлости, так и во внутренних губерниях Российской империи, ограничения повсеместно усиливались и на уровне реализации действовавшего законодательства. Решение вопросов о торговых правах лиц иудейского вероисповедания все более смещалось из законодательной сферы к административному регулированию.


Автор: Жолобова Г. А.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Статьи в других номерах

Аннотация: В работе исследуются нормы русского права конца XV - начала XVI в. о понятии и формах проявления измены великому князю Московскому и всея Руси. Анализируются тексты междукняжеских договоров и крестоцеловальных записей. Особое внимание уделено обязательствам, несоблюдение которых расценивалось как измена «государю всея Руси».Отмечено, что договоры закрепляли следующие обязательства: «не дружить и не ссылаться с недругами государя»; хотеть ему добра, «не ссылаться и не одиначиться» ни с кем «на лихо» государя, сообщать государю все услышанное о его «добре или лисе»; «отчину» великого князя «блюсти, и не обидети, ни вступатися, ни подыскивати никоторую хитростью». Крестоцеловальные записи предусматривали также обязанности: «никуда не отъехати»; «служить князю, княгине и их детям» «вправду, безо всякие хитрости»; «лиха… не мыслити, ни думати, ни делати» и «о готовящемся на государя лихе известить».Общим для всех форм измены было обстоятельство, характеризующее способ совершения преступления – невыполнение взятых под клятвой обязательств и злоупотребление доверием, сопряженное с клятвопреступлением.Нарушение обязательств перед «государем всея Руси», данных под крестным целованием, приобрело в первой половине XVI в. характер не просто измены конкретному князю, а осуждаемой церковью измены Московскому государству, которое великий князь олицетворял.


Автор: Савченко Д.А.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: Общественное воздействие как средство исправления осуждённых прошло длительный путь своего становления. История его развития тесно связана с историей становления и развития института уголовного наказания, и наиболее предметно находит своё отражение в истории создания тюрем. В разные периоды развития Российского государства менялся характер участия общества в судьбе осуждённого: процессуальный и материальный в период царствования Ивана Грозного, когда общественное воздействие было связано с функцией сохранения преступника и обеспечением его питанием и одеждой во время нахождения в тюрьме; материальный и духовный в период царствования Алексея Михайловича, когда начинает широко практиковаться помилование преступников и в образовании этого института видную роль играет духовенство; инновационные подходы для своего времени к вопросу исправления лиц, совершивших преступления и привлечение в этот процесс представителей общества, применяются в период правления Екатерины II. В этот период широко развивается и институт помилования, и благотворительная деятельность, и законотворчество, находит своё начало и институт общественного мнения.


Автор: Попова Е.Э.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: В историческом аспекте российской действительности конца XIX – начала XX вв. в статье подняты актуальные проблемы организации хлебной торговли. Изучение архивных документов и анализ нормативно-правовых актов Российской Империи 1881 – 1913 гг., многие из которых впервые вводятся в научный оборот, позволили автору выявить историческую специфику первого опыта в формировании отечественного механизма правового регулирования деятельности товарных складов. В работе показан процесс формирования системы норм, регулирующих отношения в сфере товарно-складочной, и в первую очередь, элеваторной деятельности; представлены мотивы и цели их принятия, особенности и трудности реализации. Автор показала, что неэффективность решения существовавших в этой сфере проблем с помощью рыночных механизмов приводила к поиску путей, ведущих к усилению государственного вмешательства в организацию хлебной торговли.Ключевые слова: торговля, хлеб, зерно, закон, экспорт, классификация, сортировка, качество, надзор, элеватор, товарный склад, зернохранилище, ссуда, варрант, Государственный Банк.


Автор: Жолобова Г.А.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: В статье подняты актуальные проблемы защиты прав потребителей пищевой товарной продукции, волновавшие наших соотечественников и столетие назад. На примере опыта правовой организации борьбы с фальсификацией сливочного масла показаны трудности и пути их решения. Изучение архивных документов и анализ нормативно-правовых актов Российской Империи 1881–1913 гг. позволили автору выявить специфику отечественного механизма правового регулирования, призванного противодействовать распространившейся фальсификации продовольственных товаров и недобросовестной конкуренции на рынке продуктов питания.


Автор: Г.А. Жолобова


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: Статья посвящена малоизвестной странице истории кодификации отечественного военного законодательства — систематическому изложению обстоятельств подготовки «Краткого изображения процессов или судебных тяжеб» и Артикула воинского, крупнейших актов военно-процессуального и военно-уголовного законодательства России XVIII — начала XIX вв. На основании привлечения не вводившихся прежде в научный оборот первопечатных публикаций и архивных источников показано, что первая редакция «Краткого изображения процессов…» была издана в 1712 г., а первая редакция Артикула воинского — в 1714 г. Обосновано, что составителем проектов обоих законодательных актов явился дипломированный юрист обер-аудитор Э. Кромпейн. В статье впервые проанализированы различия между проектом «Краткого изображения процесов…» и его редакциями 1712 г. и 1715 г., а также различия между редакциями Артикула воинского 1714 г., 1715 г. и 1719 г., освещена история обнародования указанных актов в первой четверти XVIII в., охарактеризована роль Петра I в их подготовке. Целостно охарактеризован круг нормативных источников, использованных при разработке «Краткого изображения процессов…» и Артикула воинского, окончательно установлено, что при составлении «Полного собрания законов Российской империи с 1649 года» была ошибочно использована неофициальная публикация названных актов, осуществленная в 1748 г.


Автор: Д.О. Серов


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: Собственность в светском древнерусском уголовном праве являлась одним из важнейших объектов уголовно-правовой охраны. Преступные посягательства против собственности содержат практически все законы Древней Руси — договоры Руси и Византии, Русская Правда, Псковская и Новгородская судебные грамоты, договоры русских городов с немцами. Древнерусский законодатель очень детально фиксирует в нормативном построении признаки потерпевших, предметы преступных посягательств и способы совершения преступлений против собственности, к которым относились не только хищения, но и неправомерное пользование чужим имуществом, а также его уничтожение или повреждение. Такое пристальное внимание к признакам объекта и объективной стороны преступлений против собственности способствовал формированию оптимального механизма дифференциации уголовной ответственности виновных. Факт наличия или отсутствия собственности предопределял, по сути, многие жизненноважные вопросы для древнерусского человека. Это вопросы социальной стратификации и юридической самоидентификации личности в древнерусском государстве. Именно поэтому посягательства на отношения собственности карались в уголовном праве Древней Руси очень строго, вплоть до применения исключительной меры наказания.


Автор: Э.В. Георгиевский


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: Рассматриваются вопросы правовой регламентации воинских нака- заний, делается вывод о том, что российскому военно-уголовному праву в тече- ние его исторического существования более всего была свойственна «неподвиж- ность» форм наказания. Несмотря на кодификацию российского законодатель- ства в первой половине XIX в., не были унифицированы виды наказаний, предусмо- тренных в различных законодательных актах Российской империи. Более того, сохраняется конкуренция норм принятого в 1845 г. Уложения о наказаниях уголов- ных и исправительных и Военно-уголовного устава 1839 г. К середине XIX в. еще не сложилась система воинских наказаний.


Автор: А.И. Сидоркин


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: В статье представлен анализ эффективности различных моделей исполнительного производства, действовавших в России в XIX — начале XX вв. Показано, что закрепленная в законодательстве первой половины XIX в. модель исполнительного производства была публично-правовой и обеспечивала исполнение только половины вынесенных судебных решений по гражданским делам. При этом в силу организационно- и процессуально-правовых причин исполнительный процесс затягивался в среднем на пять лет. В результате судебной реформы 1864 г. произошел переход к смешанной судебной модели исполнения судебных решений по гражданским делам. Она оказалась более эффективной, поскольку обеспечивала в течение первого года после вынесения судебных решений исполнение около 70% от их числа. Наблюдалось заметное ускорение процесса исполнения судебного решения: в среднем он составлял два года. Эти успехи напрямую связаны с учреждением института судебных приставов, а также предоставлением взыскателю возможности активизации своей роли, что повлекло за собой удорожание судебного исполнения.


Автор: В.В. Захаров


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: Статья посвящена исследованию процессов становления и трансформации институтов уголовного права в законодательстве России XX–XXI вв., а также анализу развития научной мысли по их сущности и систематизации. Автор рассматривает факторы, оказавшие влияние на этот процесс на различных его этапах, дает оценку первым кодифицированным нормативным актам Древней Руси. В результате предпринятой попытки определить основные этапы эволюции институтов отечественного уголовного права он приходит к выводу, что в истории отчетливо выделяются два неравноценных по продолжительности, но повторяющих друг друга по содержанию цикла: первый — с X по начало XX вв.; второй — с 1917 г. по настоящее время. В силу логики правового развития первыми в истории уголовного права формируются институты его особенной части, что обусловлено первоочередной потребностью в наличии номенклатуры запрещенных проступков, в установлении наказаний за их совершение. Институты общей части возникают позже, когда наука смогла выработать определенные теоретические абстракции, идеальные представления о преступлении и наказании. В статье анализируются труды известных российских ученых-юристов, которые были посвящены изучению источников уголовного права Российского государства, существовавших на протяжении рассматриваемого периода, заложивших основу для повышения качественного уровня кодификации правового материала. Автор делает заключение, что российское законодательство вплоть до середины XX в. не знало периода, когда бы все уголовно-правовые институты были сосредоточены в одном нормативном акте. Однако многовековой опыт по систематизации законодательства послужил основой для развития научной мысли на современном этапе истории.


Автор: М.С. Жук


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: Статья посвящена анализу двух направлений процесса зарождения отечественного парламента: предпарламентским органам государственной власти, их структуре, формам деятельности и проектам создания парламента в царской России. Многоэтапный, противоречивый процесс становления отечественного парламента охватывает создание, организацию работы предпарламентских органов государственной власти и зарождение, развитие идей парламентаризма. Русское (Киевское) государство, образованное в IX в., относится к типу раннефеодальной монархии, оно сохраняет в составе органов государственной власти народное собрание (вече). Вече — собрание полноправных жителей города мужского пола — считалось юридически высшим органом власти в Новгороде, осуществляло законодательные, управленческие и судебные функции; от Новгородского веча принимали полномочия и были подотчетны другие носители власти: князь, владыка, посадник и тысяцкий. Для исследования первых признаков зарождения представительных (законодательных) органов власти в России большой интерес представляет Боярская дума. С середины XVI до середины XVII вв. деятельность Боярской думы дополнялась Земскими соборами. С начала эпохи «просвещенного абсолютизма» императрицы Екатерины II в Россию с Запада проникают либеральные идеи, теории разделения властей, естественного права, общественного договора и др. Органы государственной власти, предпарламентские формы работы, идеи учреждения парламента в России были теми родниками, ручейками, истоками, слияние которых в результате многовековой эволюции привело к созданию парламента РФ, становлению российского парламентаризма.


Автор: В.А. Шеховцов


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: В статье анализируются попытки восстановления и обновления Западной Римской империи «силой германского оружия», предпринятые королями германо-романских государств, а затем императорами Священной Римской империи. Показано, как амбициозный проект «Sacrum Imperium Romanorum» превращался в первый «рейх германской нации». Длительный конфликт между императорской и папской властью показал неготовность обеих сторон подчинить личные мотивы взятой на себя исторической миссии. Папы и императоры не только не исполнили завет Карла Великого о восстановлении единства христианского мира или хотя бы Западной Европы, но своей политикой вели к противоположному результату. Этот конфликт стал также одной из причин провала крестовых походов 1096–1270 гг., призванных вернуть отнятые исламом ближневосточные провинции бывшей Римской империи. Впрочем, неспособность к конструктивному взаимодействию проявили большинство руководителей крестоносцев. Потеря контроля над Италией после падения Гогенштауфенов привела к изменению характера империи. Римско-германская «Sacrum Imperium Romanorum» утратила «универсальный» характер, превращаясь в «Heiliges Romisches Reich Deutcher Nation», а де-факто — в первый «Рейх германской нации». Формула «Священная Римская империя германской нации» появилась во второй половине ХV в. при императоре Фридрихе III, но фактическое положение вещей сложилось раньше. Однако идея «translatio imperii» себя не исчерпала. Появились ее новые модификации и новые претенденты.


Автор: Е.В. Поликарпова


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: Ипотечное кредитование сельского хозяйства в России было тесно связано с решением внутренних проблем государства. В первые пореформенные десятилетия ос- лабление дворянства проявилось прежде всего в сокращении дворянского землевладения. Очевидно, что учреждение правительством Дворянского банка с целью поддержания дво- рянства было вынужденной мерой. В Уставе Дворянского банка закреплялось, что Банк имеет целью поддержание землевла- дения потомственных дворян посредством выдачи ссуд под залог принадлежащих им зе- мель. Открытие отделения Банка 21 декабря 1885 г. в Тамбовской губернии сразу вызвало ажиотажный спрос на кредит. В 1889—1890 гг. заемщикам Дворянского банка были предо- ставлены дополнительные льготы. Указом от 12 октября 1889 г., а затем новым Уста- вом Банка, утвержденным 12 июня 1890 г., в деятельность Дворянского банка вносились коррективы. В итоге операции Дворянского банка по выдаче ссуд развивались в Тамбовской губернии наиболее успешно. Определенным испытанием как для Дворянского банка, так и для его заемщиков являлись последствия неурожая 1891 г. во многих регионах России.В этой ситуации император 10 января 1892 г. распорядился предоставить советам Дво- рянского банка и особого его отдела право рассрочить платежи по ходатайствам за- емщиков на срок от 6 до 20 полугодий. Благодаря предоставленным льготам процент назначенных в продажу имений по Тамбовской губернии был низким. Государственная власть продолжала политику льготного ипотечного кредитования зем- ли потомственного дворянства. В Манифесте Николая II от 14 ноября 1894 г. объявлялось о понижении процентной ставки по ссудам Дворянского банка с 4½ до 4 %. Результаты этого не замедлили сказаться: в 1895 г. количество заложенной земли заметно увеличи- лось. В целом с 1895 до 1900 г. объемы ссудных операций в Тамбовской губернии ежегодно нарастали. Между тем развитие ипотечного кредитования земли сельскохозяйственно- го назначения в конце XIX в. не привело к существенному росту сельского производства. Первоначально накопленного капитала для перевода на машинные рельсы всей российской экономики оказалось недостаточно. Процесс переоснащения промышленности был пре- рван революцией 1917 г.


Автор: Баев В. Г., Фролов С. А.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: Реализация новой экономической политики вызвала преобразования в сфере местного управления. Они оцениваются как реформы, но отмечается их незавершен- ный характер. Выделяются следующие направления реформ: изменение организационной структуры советских учреждений; административно-территориальное переустрой- ство; демократизация избирательного законодательства; признание муниципализиро- ванной собственности и имущественных прав местных советов; формирование сбалан- сированных местных бюджетов. Единая концепция реформ отсутствовала, хотя все преобразования были синхронизиро- ваны. Пик реформ приходится на 1924—1926 гг., и, несмотря на позитивные результаты, они не получили дальнейшего развития. Политическое руководство не обозначило четко цели реформ, местные руководители не всегда понимали их содержание и цели. Созданные в результате административно-территориальной реформы края и области потенциально могли развиваться как экономически самодостаточные субъекты. Районы, города и иные селения были максимально приближены к нуждам населения. Реализация реформы затянулась и привела к корректировке однозначной линии на укрупнение адми- нистративно-территориальных единиц. Организационная перестройка заключалась в упрощении и удешевлении местного аппа- рата. Уточнялись полномочия и подведомственности отдельных учреждений. Признава- лись имущественные права местных советов. Они обладали значительным объемом му- ниципализированной собственности. Могли выбирать способы ее эксплуатации. Большая часть таких объектов сдавалась в аренду или объединялась в тресты. Создание мест- ных бюджетов на всех уровнях (кроме сельского) обеспечивало финансовую устойчивость местной власти. Наиболее системными были преобразования в отношении низовых органов — сельских и волостных советов. Провозглашалась политика «нового курса». Ее реализацию можно считать отдельной реформой. Вместо волостей создавались районы. Районным органам передавались значимые полномочия. Формировался районный бюджет. Либерализация избирательного законодательства позволяла привлечь в депутатский корпус крестьян, пользующихся доверием и уважением населения. В политике «нового курса» проявились проблемы и противоречия, типичные для других направлений реформ. Законодательство формулировало нормы, которые открывали возможность самостоятельных действий местных советов. При наступлении первых серьезных признаков такой самостоятельно- сти (итоги выборов, хозяйственная деятельность, бюджетная обеспеченность) власть принимала ограничительные меры.


Автор: Ящук Т. Ф.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: В статье анализируется деятельность правительства Российской империи по формированию военно-европейской и традиционной систем управления на террито- рии Закаспийской области, учрежденной 6 (18) мая 1881 г. Система управления туркменским обществом, получившая название военно-народной, со- стояла из двух подсистем (военно-европейской и традиционной), взаимоотношения кото- рых можно охарактеризовать как политический симбиоз. Начальник Закаспийской области, назначаемый царем по представлению военного министра, был командующим войсками в области, а по отношению к гражданскому населению пользовался правами губернатора с почти неограниченной властью. При начальнике состояло гражданское отделение шта- ба, фактически ведавшее делами области, а позже — канцелярия, состоявшая из правите- ля канцелярии, трех начальников отделений и шести письмоводителей, бухгалтера, экзе- кутора, архивариуса и двух переводчиков. Управление уездами (округами) и приставствами с входящими в их состав городами и поселениями сосредоточивалось в лице уездных началь- ников и приставов, назначаемых также из военных офицерских чинов. В ближайшее окружение русской администрации вошли (традиционная подсистема): ауль- ные старшины (главы родов), бии и казии (члены народного суда), эмины (сборщики на- логов), мирабы (лица, ведающие оросительной системой и порядком пользования водой). Должности ханов утверждались царской администрацией и долгое время сохранялись в Мерве, Иолотане, Пенде, Серахсе. Ханы занимали промежуточную административную ступень между уездным начальником и аульным старшиной и приравнивались к волост- ным начальникам (управителям). Другими словами, наряду с аульными общинами, сохраня- лось деление туркменского общества на родоплеменные группы, руководителями кото- рых были ханы. Меры имперского правительства по созданию военно-европейской и традиционной систем управления в Закаспийской области, несмотря на социальные, экономические и природно- географические и иные трудности, имели большое значение в установлении администра- тивного порядка, конкретизации прав и обязанностей местного населения, скорейшей адаптации его к задачам государственного строительства. Все это способствовало лик- видации прежних межплеменных, межродовых распрей и перегородок, значительному огра- ничению власти и безнаказанного произвола родоплеменных ханов и прочих представите- лей национальной элиты, экономии финансовых и кадровых ресурсов империи.


Автор: Аминов И. И.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Аннотация: В статье анализируются гражданско-процессуальные нормы и взгляды уче- ных в период перед Великой Октябрьской революцией 1917 г. и в первое десятилетие после нее. Отмечается, что к началу ХХ в. институт юридической ответственности в судеб- ном процессе представлял собой достаточно развитую систему мер имущественного, дисциплинарного и уголовного характера в отношении всех участников гражданского су- допроизводства: начиная от сторон и лиц, содействующих правосудию, и заканчивая су- дьями. После Великой Октябрьской революции прежняя система мер юридической ответ- ственности в гражданском процессе была разрушена и выстроена заново на протяжении последующих десятилетий. Связано это было не столько с самой Революцией, сколько с появлением принципиально новой идеологии, которая изменила сам подход к взаимоот- ношениям суда и народа. В качестве наиболее интересных новелл отмечается появление такой категории, как «партийная ответственность» в качестве своего рода альтер- нативы дисциплинарной ответственности судей и государственных органов, впервые законодательное закрепление компенсации за фактическую потерю времени. Ответ- ственность за злоупотребление процессуальным правом в первых процессуальных законах советской власти также еще не была развита, хотя само требование добросовестности поведения участников гражданского процесса уже появилось.


Автор: Загидуллин М. Р.


Рубрика: Из истории государства и права


DOI: 10.17803/1729-5920.2017.130.9.036-046


Читать статью полностью

Авторизация

  Информация для авторов

Уважаемые авторы!

Университет имени О.Е. Кутафина (МГЮА) прекратил сотрудничество с издательской группой Nota Bene.

Читать полностью